December 5th, 2012

дискурсы надзирателей и заключённых

Недавно мои товарищи из пермского отделения «Сути времени» опубликовали серию интервью с бывшими сотрудниками советской пенитенциарной системы. Публиковались эти материалы под общей рубрикой «Пермь – 36: правда и ложь» (Части 1, 2, 3, 4) и направлены были непосредственно против пропагандистской деятельности пермского «музея политических репрессий». Конечно, сами по себе опубликованные материалы не ставят точку в «поисках правды», но, по-моему, они идут именно к «правде», но идут нестандартными путями, которые хотелось бы обсудить.

Некоторые критики материалов посчитали, что эти интервью – никакие не интервью, и вообще ничего не доказывают. Современная историческая наука активно пользуется устными свидетельствами как новым видом исторического источника. В отличие от официальных документов, такие источники имеют свою специфику, но ценность их столь велика, что уже сформировалось особое исследовательское направление – «устная история». Голоса простых людей, живших в ту или иную историческую эпоху, наблюдавших непосредственно крупные исторические процессы (например, коллективизацию или Великую Отечественную войну), могут быть собраны, тщательно атрибутированы (кем, когда, где, с чьих слов записано) – и подвергнуты исторической интерпретации. С учётом того, что позиция наблюдателя всегда влияет на поведение информанта (даже на поведение физических частиц, как известно, влияет).
Collapse )