ilya_yu (ilya_yu) wrote,
ilya_yu
ilya_yu

Categories:

Хочу политехнический музей



Когда разговариваешь с культурными людьми о Перми, они вспоминают: да, да, в Перми много заводов и музеев. Странно, что у нас нет большого публичного пространства, где заводы и музеи пересекаются. Имея знаменитые заводы, мы не имеем полноценных музеев техники.

Вообще в Перми (точнее, в крае) есть несколько "всемирно известных" музеев. Таковыми себя считают два: музей истории политических репрессий "Пермь-36" (о нем уже тома написаны) и музей современного искусства "PERMM" (некогда руководимый господином Гельманом). Оба музея как-то все время подозреваются в том, что никакие они не музеи, а политические проекты. При этом первый основан на том, что где-то на отшибе, тихонько, пропагандирует кривду о репрессиях, разбавляя её реабилитацией преступников времен второй мировой. Второй, наоборот, устраивал политические скандалы и провокации, внедряя в свои выставки работы, оскверняющие патриотические и религиозные символы. В принципе, даже и не раздражали бы особо эти "музеи", кабы не государственное финансирование, которое они имели. На оплату гельмановской тусовки деньги были, а на политехнический музей - не нашлось.

Между тем, база для политехнического музея уже имеется. "Суть времени - Пермь" этой темой загорелась. Наш редактор подготовил интереснейшие, на самом деле, публикации об имеющихся в городе коллекциях, о существующих проектах, об истории техники, об энтузиастах политехнического проекта:

Ядро пермской культуры
Пермское небо на земле
И самый интересный материал - "Есть глянцевая культура, а есть реальная"

Посмотрите, например, на здание, которое готовы отдать под музей (это и есть архитектура горнозаводской цивилизации):


Здание Грасгофской фабрики

Техника - это не столько вещи, сколько люди. Посмотрите, как пресс-служба "Мотовилихинских заводов" рассказывает о "бессмертном цехе":

Есть «Бессмертный полк» — люди поняли, что 9 Мая надо не просто устраивать пляски, а надо, чтобы наши старики, которых уже нет, могли пройти парадом в День Победы. А Пермь? Пермь была тыловым городом, и у неё всегда был небольшой «комплекс неполноценности» — фронта здесь не было. Фронт был далеко, но война-то — близко. Во время войны на заводе работали дети, мужчины, которых не отпустили из-за их уникальной специальности, работали эвакуированные (у нас семь эвакуированных заводов), работали заключенные. И все они достойны называться «Бессмертным цехом», чтобы каждого из них помнили!

Вот Самуил Соколовский. Его не отпустили на фронт, и он всю жизнь считал себя виноватым. А не отпустили его потому, что он был энергетиком и придумал, как реанимировать перегоревшие лампочки. Все заводы, которые производили лампочки, остались на оккупированной территории, а завод надо было освещать. Он всю войну это делал.

А вот мальчишка, 14 лет ему было. Когда на полигоне отказала пушка, позвонили на завод: «Ну, ё-маё, ваша пушка не стреляет. Посылайте спеца». Приходит Серёжа Фирулёв. Ему говорят: «Уйди, шкет, мы ждем специалиста». «Это вы отойдите, это я специалист». И отладил, и пушка выстрелила. Дали ему банку тушенки.

Вот Калачников, обладатель множества государственных премий. До сих пор техника его конструкции продается и покупается, в том числе за границей.

А вот Цирульников, которого перед войной посадили в лагерь. Во время войны спохватились, что мозги-то нужны, а он гений, — и перевели в шаражку, ул. Ким, 41 (здание до сих пор цело). Их водили на завод под конвоем. Конвоир — в шапке и в телогрейке, а Цирульников — в кожаном пальто до пола и в шляпе. Здесь стоит его пушка, маленькая, она разбирается на тринадцать частей и собирается обратно за двадцать минут! Её можно перевозить на ослах и даже на собаках. После войны он придумал, как с помощью артиллерии забивать строительные сваи, и получил премию Ленинского комсомола.

Они совершенно особые люди. И выдумывать ничего не надо — вот она, жизнь-то подлинная, она интереснее всего.


Пермь - город молота. Не город меча. В индустриях выражала себя здесь национальная идея, национальная мечта. Политехнический музей - не просто музей, а суперпроект. Это должен быть большой парк, куда папа может пойти с сыном на целый день. Здесь нужно будет представить красоту инженерного интеллекта во всем его блеске. Здесь нужно увидеть рывок: от швейной машинки - к покорению космоса. Пульс великой страны...

У Гельмана был проект "Пермь - культурная столица Европы". Ну, так он прикалывался над провинциалами... Но есть же реальная Пермь, заводская, металлическая, дымная и веселая, награжденная орденом за трудовой подвиг. И вокруг Перми - маленькие промышленные острова в океане крестьянской культуры: очаровательные Суксун, Чермоз, Пожва, Усолье...


Пос. Пожва

Пермь в литературе связывают с депрессивным миром "Трех сестер" и с провинциальным Юрятиным из "Доктора Живаго". Но есть текст, некогда любимый читателями - "Кружилиха" Веры Пановой. Про Пермь тыловую, рабочую, фабричную. Между прочим, считается, что творчество Пановой высоко ценил Сталин. Без всяких скидок, это хорошая литература.

У культурной политики должно быть сердце, должен быть центр, который гонит кровь во все части культурного тела. Политехнический музей как раз и есть такой...

Да, но политехнического музея в Перми нет. В краевом бюджете денег нет. Наша промышленная буржуазия меценатством не занимается. А мы хотим политехнический музей!

Tags: культурная политика
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 11 comments