ilya_yu

с собой и другими

"Но беседовать самому с собой – это искусство, беседовать с другими людьми – забава" (А.П.Платонов).


Previous Entry Share Next Entry
ilya_yu

Всё начинается с Эсхила



Эсхил был любимым поэтом Маркса. Маркс читал его в подлиннике.

* * *

Между древнегреческим эпосом и трагедией – колоссальная эстетическая дистанция. Эсхила от Гомера отделяет целый «геологический переворот» – в мир объективных законов вторгся субъект. Ахилл тождествен своей судьбе. Его героизм, его вероломство и искренность, его жестокость и его сентиментальность – выражение рока. Вероломство Клитемнестры, сентиментальность Ореста, искренность Электры и жестокость Эгиста тоже оказываются на службе рока. Но художественный фокус трагедии – в остром противоречии между субъективностью и объективностью. Реализуя свою судьбу, трагический герой страдает. Каждый человек обречен, но Гомер сплетает тысячу обреченностей в величественное течение мирового процесса, Эсхил же обнаруживает боль обреченности.

Объективность травмирует субъекта. Он неистово реализует объективное как субъект, не имеющий шанса объективности избежать.

Орест имеет выбор – между бездеятельным соучастием в убийстве отца и деятельным убийством матери. Он не может не мстить за Агамемнона. Но эта месть – лишь момент бесконечного кровавого цикла: … – Атрей накормил Фиеста его детьми – сын Атрея Агамемнон вынужден принести в жертву свою дочь Ифигению – Клитемнестра мстит за свою дочь, Эгист мстит за свою семью, они вступают в сговор и убивают Агамемнона – Орест мстит за отца и убивает Клитемнестру и Эгиста – … Всем известен этот кровавый тотальный круг. Где его начало? Можно ли остановить движение в этом круге? И как вообще его можно не остановить?

А есть ли выбор у Ореста? Всего лишь выбор участия в кровавом роке тем или иным способом.

Клитемнестра завела себе любовника в обиде на мужа. Муж убит женой и её любовником. Налицо все мотивы для бытового преступления. Но есть у преступления чуть более дальний смысл: Агамемнон расплатился за убийство Ифигении, которое он тоже творил по воле рока. Есть и еще более дальний смысл: дом Атридов осквернен страшным убийством детей Фиеста. Есть и глобальный смысл.

Кронос оскопляет Урана – Зевс свергает Кроноса – одному из сыновей Зевса предсказано низвергнуть отца. «И узнает Зевс, как непохоже рабство на владычество» («Прометей прикованный»). Космос помещен в кровавый круг. Люди творят по воле рока малый кровавый круг. Так утверждает себя рок.

Гегель объяснил нам смысл трагедии: действуя по своим страстям, по своим личным мотивам, люди воплощают Абсолют. В своем движении Абсолют подчиняет человеческие воли и страсти всеобщему замыслу. Поняв это, Белинский отрекается от Гегеля с той же страстью, с какой он поклонялся Гегелю. Не зная немецкий, он причащался диалектике от знатоков – в кружке Станкевича. Русские интеллигенты имеют свойство фанатично относиться к западным доктринам. Пройдя путь служения доктрине до предела, в полноте, они испытывают внутреннее право ниспровергать, отрицать, ненавидеть. Белинский испытал священный ужас перед ходом Идеи, сжирающей индивидов, с их волями и страстями, во имя осуществления Себя. Несокрушимый Молох заставляет людей страдать, желать, гневаться, убивать, каяться – во имя продвижения в мир Абсолюта. Белинский разрывает с Гегелем, отвергает его. И пишет об этом Боткину. Письмо в ту эпоху было публичным произведением – публичным для избранного круга. Особенно теоретическое письмо. Разрыв был не интимный, а манифестирующий.

Молодой Маркс также понимает, что Гегель обрекает человека в жесточайшее рабство пустому, мертвенному духу. Гегелевский Дух есть мистифицированная форма Капитала, пишет он в последних разделах своих рукописей 1844 года.

А всё начинается с Эсхила. Кровавое колесо нужно хотя бы остановить. Прометей предрекает: «Как этих бед избегнуть, из богов никто сказать не может. Только я бы мог». Что за чудная власть дана Прометею? Кто он такой – тот, кто может спасти Зевса от неминуемого вращения космического кровавого колеса? Прометей – это Труд: он обучает людей ремеслам, он дарит людям разум. Это силы человеческой деятельности. Таково содержание его «огня». Он есть то начало, что отделило человека от природы. И это начало знает, как помочь Зевсу.

Новые боги остановят круг кровавой мести в семье Атридов. Аполлон и Афина уравновесят два кровавых закона («кровь за отца», «кровь за мать»). Злобных Эриний назовут Благосклонными – Эвменидами. И так будет установлена хрупкая стабильность. Недовольные судом Ареопага над Орестом, Эринии жаждут сеять убийства и мор, Защитив Ореста, афинский Ареопаг и новые боги вывели кровавую месть из прочерченного круга. Она жаждет вырваться на просторы массовой резни, голода, разбушевавшейся смерти. И старым силам дают в новом порядке высочайший статус – их из мстителей превращают в дарителей (были Эринии – теперь Эвмениды). Над этим воистину стоит задуматься: в новом порядке Афинам покровительствует сила, которая жаждет Афины уничтожить. На зло надета маска добродетели, зло убеждают в том, что оно доброе. Так, на грани чего-то неисправимого, застыл мир. Установился порядок. Мифологическая история кончена – началась жизнь, в которой гомеры и эсхилы рассказывают о страшном и прекрасном прошлом.

Чем удерживается этот мир? Трудом, судом и умолчанием. Слетит одна скрепка – и кровавое колесо завертится вновь. Но превратились ли Эринии в Эвменид целиком и полностью? Почему у Софокла («Эдип в Колонне») священная роща Эвменид запретна? Там продолжает жить ужас, который нельзя отворять. Об этом (о тайне Эсхила и Софокла) очень глубоко написано в книге Рене Жирара «Насилие и священное». Что есть цивилизация, как не запертый в структуры и значения древний ужас? Не продолжает ли ужас кушать человека? С меньшей неистовостью, конечно. Ему поклоняются, его задабривают. Все блага – от запертого ужаса. Это впечатляет.

Это впечатлило Маркса, который решился разгонять мощь Прометея, чтобы загнать ужас в небытие. Чтобы преодолеть логику пожирания человека в шествии надчеловеческого Закона. Раз люди его реализуют, то люди его могут и отменить. Безнадежная гипотеза. Но, о боги, какая вдохновляющая!


  • 1
Читал, как-будто остросюжетное кино смотрел. Что имеется в виду под умолчанием? (в трех скрепах этого мира)

Edited at 2015-02-24 07:05 am (UTC)

Ну, "три скрепы" - это условно. Речь вообще о скрепах, останавливающих движение колеса (я, читая Эсхила, назвал три, а их, понятно, больше). Умолчание - о злобной сути дарителя. Дабы не вернуть дарителю палаческую функцию. О том, что Эвмениды суть Эринии. Еще шире: о таинственном ужасе под покровом порядка. Конкретизировать вряд ли стоит.

Смысл понятен, достаточно печальная картина вырисовывается. Вспоминается полемика Гёте и Шиллера.

Спасибо огромное.
Очень ценные размышления.
Надо будет подумать над властью объективного над субъективным (точнее Абсолюта над личностью).
Кстати, сильно похоже на образ Левиафана.
Что этому можем противопоставить мы, в нашем проекте?

Что противопоставить? Любовь, конечно.

>"Каждый человек обречен, но Гомер сплетает тысячу обреченностей в величественное течение мирового процесса, Эсхил же обнаруживает боль обреченности".

Очень сильно проявляется эта боль у Эсхила в героине Кассандры, которая на миг появляется в трагедии, чтобы предсказать свою учесть, оплакать себя и, подчинившись року, умереть от руки Клитемнестры.

Большое спасибо. Всё прочувствовано и выверено с осознанием,"что Любовь побеждает Смерть..."

Ну почему же безнадежная? Главный вопрос - сможет ли человек пройти между Сциллой и Харибдой, между ужасом оков регламента и ужасом хаоса. У Маркса: "Философы лишь различным образом объясняли мир; но дело заключается в том, чтобы изменить его" Изменить можно только действием, а кто не действует, тот не ошибается. Ошибка отдельного человека может обернуться смертью. Но эта смерть станет посохом для идущих вслед, а значит - и продолжением жизни. Еще не вечер.

Здравствуйте, уважаемый Камрад! )))

Я – Марина. Стилист, имидж-консультант и блогер вот теперь ещё! ))) Хочу пригласить Вас в друзья – невзаимность ужасно обидная штука, вот в чём дело!

Я новенькая, записей у меня не сильно много, но уже вполне ))). В общем, я буду очень рада! Заходите, ладно? )))

Буду ждать! Правда.

М.

А где зафиксирован переход Эриний в Эвменид? Не уловил из текста...

В третьей части "Орестеи", которая, собственно, и называется "Эвмениды". В финале, где Афина уговаривает Эриний стать покровительницами Афин.

Илья, а далек ли путь от
"цивилизация == запертый в структуры и значения древний ужас" и
"мир, удерживаемый человеческими суперструктурами, под которыми бурлят тьма и бездна, вырываясь и сея хаос"
до
"гностики всех стран, соединяйтесь, природа - церковь сатаны, давайте ж, братья, ускорим гибель мира"
?

Далек. Очень.

Видел я, как люди в мгновения совершали "квантовый" скачок из первого во второе, разуверившись в человеке.
Опыт, человеческий опыт. Я, например, не могу примерить на себя опыт виденной мною молодой женщины возрастом до 30, которая была седа и безумна, потому что видела то, чего человеку видеть не следует - зверски убитых и истерзанных детей, когда бездна вырвалась, ломая остатки умершей структуры в одной из пост-советских республик в 90е.
Да и неизбежный вопрос возникает - о природе и генезе этого ужаса.

много ли людей видели кровь, кишки, бьющееся сердце?
А между тем - они в каждом из нас есть.
И, когда происходит встреча с этим всем неподготовленного человека (а тем более - с гиперчувствительностью), то увы ...

  • 1
?

Log in

No account? Create an account